12 мая 2021
Москва: 17:55
Лондон: 15:55

Консульские вопросы:  
+44 (0) 203 668 7474  
info@rusemb.org.uk  

 

ПРЕСС-РЕЛИЗЫ И НОВОСТИ

06.09.2019

Интервью Министра иностранных дел России С.В.Лаврова МИЦ «Известия», Владивосток, 4 сентября 2019 года

1766-05-09-2019

Вопрос: Можно ли говорить, что на данном этапе международные отношения так или иначе достигли баланса, пусть неустойчивого и в отрицательной зоне?

С.В.Лавров: На этот счет есть много высказываний – относительно дна, которое было достигнуто, и «со дна постучали»…

Я бы сказал, что международные отношения продолжают стабильно осложняться. Это процесс, который пока не удается остановить. Вы видите, как наши американские коллеги во главе со своими самыми близкими, преданными союзниками взяли курс, по сути дела, на подрыв всей международно-правой системы, которая сложилась после Второй мировой войны, включая договоренности, созданные за последние десятилетия в сфере стратегической стабильности и контроля над вооружениями. В начале 2000-х гг. был разорван в одностороннем порядке Договор об ограничении систем противоракетной обороны, теперь разрушен Договор о ракетах средней и меньшей дальности, нет никакой ясности о перспективах продления Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-3). В целом международно-правовые структуры, которые были созданы после Второй мировой войны и развивались на основе универсальных договорённостей, сейчас подвергаются тяжелейшим испытаниям. Сам термин «международное право» все меньше используется нашими западными коллегами. Они предпочитают говорить о неком «порядке, основанном на правилах». Как показывает практика, эти правила они изобретают каждый раз под свои нужды и пытаются убедить всех остальных, что это и есть многосторонние решения, которым все остальные должны следовать.

Наверное, сейчас нужно искать сохраняющиеся опоры, прежде всего – это Устав ООН. Его нужно всеми силами защищать. Отмечу стабилизирующее влияние «Группы двадцати», где представлены все ключевые регионы мира, центры экономического и финансового влияния. «Группа двадцати» отражает признание реалий полицентричного мира. Именно с этими реалиями пытается бороться Запад, стараясь сохранить свое доминирование, которым он пользовался последние лет 500, «заказывая музыку» во всех международных делах. Сам факт того, что Запад заинтересован в деятельности «Группы двадцати», показывает, что он вынужден признавать эту новую реальность. В «двадцатке» разговор идет не через ультиматумы и односторонние требования, а на основе взаимного уважения и поиска баланса интересов. Отмечу, что на этих же принципах работают такие структуры, в которых участвует Россия, как БРИКС, ШОС. В целом на евразийском пространстве, когда мы продвигаем то, что Президент России В.В.Путин обозначил как «Большое евразийское партнерство» с участием ЕАЭС, ШОС, АСЕАН, то руководствуемся теми же самыми принципами. Процессы развиваются, они противоречивые, и мы будем добиваться, чтобы они шли в русле взаимного учета интересов всех участников международного общения.

Вопрос: Мы постоянно наблюдаем, как правила, установленные международными организациями, например, ВТО, нарушаются в одностороннем порядке некоторыми нашими партнерами. Устанавливаются барьеры, пошлины. Не пришло ли время пересмотреть эти организации и внести в них определенные реформы?

С.В.Лавров: Безусловно, ни одна структура не может быть «застывшей» в своем первозданном виде, не может не реагировать на веление времени и на те реальные изменения, которые происходят в мире – будь то создание новых технологий или появление новой геополитической реальности. В этом смысле центром всей системы международных отношений является Устав ООН. Заложенные в нем базовые, «ядерные» принципы, такие как уважение суверенного равенства государств, невмешательство в их внутренние дела, мирное урегулирование споров, недопустимость угрозы силой и ее применения, уважение права каждого народа самостоятельно определять пути своего развития, – не подлежат изменениям и пересмотру, как десять заповедей. Другое дело, что все конструкции по направлениям человеческой деятельности, которые опираются на эти принципы, могут видоизменяться. Таких примеров за последнее время в той же ООН было немало. Например, в дополнение к органам, которые были созданы в соответствии с Уставом, учитывая взаимосвязь между усилиями по урегулированию конфликтов и последующим возвращением к мирной жизни, был создана специальная Комиссия по миростроительству – на стыке миротворчества и создания условий для нормализации социально-экономической обстановки в стране на этапе выхода из кризиса.

Какое-то время назад был создан Совет ООН по правам человека (до этого была Комиссия по правам человека) на принципиально новых принципах, которые обеспечивают равномерное рассмотрение ситуаций с правами человека в каждой стране. Там нет никаких привилегированных участников, которые не могли бы стать предметом разговора о том, как у них обстоят дела в этой сфере. Но создаются и многие другие структуры, в том числе в сфере борьбы с изменениями климата. Это тоже реакция на реальные природные процессы, которые происходят в мире и создают серьезные сложности для всех без исключения стран.

Самый главный орган – Совет Безопасности ООН – конечно, тоже нуждается в реформировании. Это было признано достаточно давно. Был начат переговорный процесс с участием всех государств-членов ООН, в рамках Генеральной Ассамблеи ООН создана специальная структура. Безусловно, итоговый продукт этих переговоров должен отражать изменившуюся геополитическую реальность. Она такова, что появились новые центры экономического роста, финансовой мощи. С этим приходит и политическое влияние. Они должны иметь больше возможностей вносить свой вклад в выработку общих решений по ключевым проблемам мира и безопасности. В этом контексте отмечу, что главной проблемой нынешнего состава СБ ООН является откровенная недопредставленность развивающихся регионов мира – Азии, Африки, Латинской Америки. Поэтому ключевым элементом нашей позиции является необходимость пополнить Совет Безопасности прежде всего за счет кандидатов от этих трех регионов развивающегося мира. От Азии давно есть кандидатура Индии, от Латинской Америки – Бразилия. Мы считаем, что обе эти страны имеют полное право претендовать на улучшение своего представительства в ООН, в том числе в Совбезе. Конечно, обязательно параллельно с удовлетворением чаяний азиатского и латиноамериканского регионов необходимо аналогичным образом решить вопрос о повышении представленности Африканского континента.

Всемирная торговая организация (ВТО), которую Вы упомянули, тоже подвергается сейчас серьезным испытаниям, отражающим все те же попытки навязать вместо универсально согласованных норм некие правила. Это включает в себя и нелегитимные санкции, которые противоречат обязательствам по ВТО. Как Вы знаете, санкции, которые объявили против России США, Европа, Япония, другие западные страны, не вписываются в принципы ВТО. Торговые войны, постоянное обоюдное повышение тарифов – это цепная реакция, которая тревожит не только непосредственных участников этого противостояния, но и весь остальной мир, потому что мировая экономика страдает от того, как происходит эта война в сфере торговли между крупнейшими экономиками – США и КНР. Необходимо возвращаться к тем принципам, на которых была создана ВТО. Эти принципы явились предметом многолетних переговоров о том, на каких условиях каждая страна присоединяется к этой организации. Необходимо это уважать. У ВТО есть механизм разрешения споров. По крайней мере, определенную надежду дает то, что США, лидируя в усилиях по развязыванию торговых войн, навязыванию партнерам выгодных для самих США решений, не отвергают необходимость обращаться к этому механизму по разрешению споров. Но борьба на переговорных площадках предстоит очень непростая.

Вопрос: Можно ли в этих сложных условиях определить, кто сейчас для Москвы является ключевым партнером, а кто – главным противником?

С.В.Лавров: Всегда хочется простых ответов на сложные вопросы. Это понятно: скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты.

Партнеров у нас много. Я не буду перечислять конкретные страны – мы не хотим никого обидеть. С кем-то отношения ближе, теснее, доверительнее, с кем-то – ровные, с кем-то – стабильно негативные, но при осознании необходимости разговаривать друг с другом. Даже со страной-партнером, с которой не складывается тесное сотрудничество, а в отношениях накапливаются проблемы, все равно придется договариваться, особенно если это крупное государство, которое имеет позиции в современной международной системе. Договариваться надо. По большому счету, это и есть дипломатия – умение договориться.

Мы всегда будем готовы разговаривать с любой, без какого-либо исключения, страной при понимании, что наш партнер будет готов вести разговор на основе взаимного уважения, равноправия и с прицелом не просто на то, чтобы послать какой-то сигнал своему общественному мнению накануне выборов, а с прицелом на выработку взаимоприемлемых договоренностей, опирающихся на баланс интересов. Это ключ к любой международной деятельности.

Главная же угроза в мировых делах, по-моему, сейчас заключается в том, что некоторые страны не осознают опасность, которую для всего человечества представляют новые вызовы, такие как терроризм, организованная преступность, неконтролируемая миграция, продовольственная безопасность, которую человечество никак не может обеспечить, изменение климата и многое другое. Техногенные и природные явления заставляют границы исчезать. Нельзя спрятаться от катаклизмов, которые сотрясают то один, то другой регион мира, от потепления климата, от бедности. Корень проблемы с потоками мигрантов, захлестнувшими Европу, заключается в отсутствии рабочих мест, перспектив, прежде всего для молодежи, в странах Ближнего Востока и Севера Африки. От этого нельзя отгородиться, но справиться с этим можно только сообща. Поэтому, когда некоторые наши коллеги, прежде всего на Западе, пытаются в этих вопросах руководствоваться исключительно своими эгоистическими и геополитическими соображениями – мол, я вот сейчас что-то сделаю, использую даже тех же экстремистов на Ближнем Востоке, чтобы свергнуть какой-то режим, мне это зачтется во время предвыборной кампании, – то это угроза. Угроза, когда не понимают общечеловеческий характер современных вызовов. Поэтому мы с такой настойчивостью вместе с нашими партнерами по ОДКБ, СНГ, ШОС, БРИКС, в «двадцатке» настаиваем на необходимости формирования подлинно коллегиальных структур для выработки максимально эффективных решений на все эти угрозы.

В сфере борьбы с терроризмом Президент России В.В.Путин еще в 2015 г. на сессии Генеральной Ассамблеи ООН предложил категорически отказаться от двойных стандартов, попыток делить террористов на «хороших», которых можно использовать в своих целях, и «плохих», которых нужно уничтожать, и предложил под эгидой ООН сформировать подлинно универсальный антитеррористический фронт. Продвижение на этом направлении есть. Соответствующие механизмы создаются и в ООН, и в региональных организациях. Но пока еще до откровенной, честной, доверительной, без двойных стандартов деятельности далековато. Усилия на этом направлении мы продолжаем.

Вопрос: В начале нашей беседы Вы упомянули соглашения между США и Россией о стратегических вооружениях. Какое будущее ждет эти соглашения? Присоединится ли к этим договорённостям третья сторона, как на том настаивает Вашингтон?

С.В.Лавров: Насчет того, какое будущее ждет эти соглашения, то у некоторых из них уже наступило прошлое – в частности у Договора об ограничении систем противоракетной обороны и у Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности. Сейчас всерьез можно говорить прежде всего о будущем Договора об ограничении стратегических наступательных вооружений. Он истекает в феврале 2021 года. Мы неоднократно, в том числе Президент России В.В.Путин, публично призывали США начать работу по продлению этого Договора на пятилетний срок, как это предусмотрено в самом тексте документа. Реакция США пока не очень внятная. То они говорят, что продление этого Договора маловероятно, то заявляют, что это невозможно сделать, учитывая новые вооружения, прежде всего гиперзвуковые, о которых В.В.Путин объявил в прошлогоднем Послании Федеральному Собранию. Хотя те, кто знают текст этого Договора, понимают, что он не охватывает эти вооружения. Если США заинтересованы в том, чтобы обсуждать выходящие за рамки договора аспекты стратегической стабильности и контроля над вооружениями, то им надо было бы давно согласиться на приглашения, которые мы многократно направляли, возобновить на постоянной и регулярной основе диалог по стратегической стабильности во всех ее аспектах – наступательных и оборонительных. Это очень важный баланс, который отражен в Договоре об СНВ, и который был подвергнут очень серьезному риску после выхода США из Договора о противоракетной обороне. Иными словами, можно обсуждать что угодно, на то он и диалог по стратегической стабильности, что в ходе него можно поднимать любые вопросы, представляющие собой угрозу этой самой стратегической стабильности, за состояние которой в мире главную ответственность несут прежде всего США и Российская Федерация.

Вы упомянули судьбу Договора СНВ-3. Мы не раз подчеркивали, что новые темы, которые не затронуты этим Договором, наверное, должны обсуждаться. Но одновременно нельзя подвергать угрозе судьбу самого Договора, потому что, если он истечет, его действие прекратится, то будет полный вакуум в сфере контроля над вооружениями, не останется никакой опорной конструкции. США предлагают подключить к этому процессу Китайскую Народную Республику. В Пекине уже не раз официально обозначали свою позицию на этот счет: они не намерены это делать. Ссылаются на несопоставимый масштаб ядерных потенциалов России, США и КНР. Но США, продолжая упоминать Китай как вероятного участника будущих переговоров, которые могут спасти Договор об СНВ, почему-то не упоминают своих союзников – тоже ядерные державы – Великобританию и Францию.

Еще раз подчеркну, наша позиция заключается в том, что, прежде, чем мы нащупаем пути развития диалога о поддержании стратегической стабильности уже в новых условиях, мы не имеем права и не можем позволить себе роскошь потерять Договор СНВ-3. Мы не можем не позволить себе сделать так, чтобы он продолжал действовать параллельно с дискуссиями, которые, конечно же, назрели в сфере стратегической стабильности по любым вопросам, которые волнуют каждую из ядерных стран.

Вопрос: Правильно ли я понимаю, что эта неопределенная позиция Вашингтона во многом связана с внутренними политическими процессами, которые происходят в этой стране, и является частью этих процессов? Как тогда выстраивать диалог с Вашингтоном, в том числе восстанавливая отношения США и России? Нужно ли их восстанавливать в том объеме, в котором они существовали раньше?

С.В.Лавров: Конечно, отношения сильно подорваны. Это процесс, к сожалению, продолжается. Мы не набиваемся в друзья. Но наши предложения о том, как починить эти отношения, многократно передавались американским коллегам, в том числе во время встреч президентов и моих встреч с Госсекретарем  США М.Помпео, а также с Советником Президента США по национальной безопасности Дж.Болтоном. Эти предложения охватывают и сферу стратегической стабильности, и сферу экономического, торгового, инвестиционного сотрудничества, и сферу взаимодействия по линии политологов и экспертов гражданского общества по вопросам, которые важны для отношений между Москвой и Вашингтоном. У нас есть немало общих интересов в мире, немало и общих обязанностей, в том числе, как я уже сказал, в сфере поддержания международного мира и безопасности. Несомненно, перспективы, которые есть и в торговле, и в экономике, и в культуре, и в гуманитарной сфере в целом, будут на пользу нашим народам и всему мировому сообществу, если их реализовать.

Вы абсолютно правы. К сожалению, несмотря на многократно подтвержденные Президентом США Д.Трампом и его ключевыми сотрудниками намерения нормализовать отношения с Россией, на практическом уровне ничего позитивного не происходит. Динамика сохраняется достаточно «понижательная». Наши американские коллеги продолжают вводить односторонние санкции, даже не удосуживаясь приводить какие-то аргументы просто на ровном месте. Это вступает в противоречие с тем настроем, который постоянно проецирует сам Президент США.

Понятно и то, как Вы совершенно правильно сказали, что отношения с Россией стали заложником внутренних американских межпартийных противоречий. Бывший президент США Б.Обама, по большому счету срывая зло на то, что в полном соответствии с американской избирательной системой на выборах президента США победил кандидат от Республиканской, а не Демократической партии, уходя, решил хлопнуть дверью и разрушил или сильнейшим образом подорвал практически все основные механизмы и каналы взаимодействия между Москвой и Вашингтоном, которые создавались его предшественниками, да и на начальной стадии его собственного президентства. То, с каким остервенением сейчас пытаются обвинять Администрацию США в подпольных связях с Россией, как пытаются выискивать в этом причины для того, чтобы начать процесс импичмента Д.Трампа, показывает, что, несмотря на отрицательные выводы, которые сделала комиссия Мюллера, демократы не отказались от разыгрывания российской карты, теперь уже вступая в эти дни в очередную предвыборную кампанию, готовясь к выборам главы государства в 2020 г.

Это печально и прискорбно. Мы всегда готовы эти отношения возобновлять в тех форматах, в которых это комфортно делать на данном этапе Соединенным Штатам. Отмечу, что худо-бедно каким-то способом возобновляется контртеррористический диалог. Мы давным-давно предлагаем американцам создать диалог по кибербезопасности, учитывая, что в этой сфере количество небылиц нагромождается абсолютно беспрецедентно. Но пока внятной реакции нет. Хорошо, что развиваются гуманитарные связи – «Диалог Форт Росс», который призван в Калифорнии укреплять память о нашей совместной истории, когда русские переселенцы поднимали ту часть современных Соединенных Штатов. По стратегической стабильности (а это, наверное, важнейшая тема), кроме достаточно эпизодических, нерегулярных контактов, устойчивого диалога не налажено. Это сейчас самое главное.

Вопрос: 1 октября этого года КНР будет отмечать свое 70-летие. Хотелось бы уточнить: некоторые скептики считают, что современный Китай для России играет роль старшего брата. Насколько в международных отношениях и в отношениях между Пекином и Москвой верно употреблять подобные категории?

С.В.Лавров: Считаю, что такими категориями характеризовать отношения России и Китая, да и вообще отношения между какими-либо двумя странами, по крайней мере, отношения, в которых Россия участвует, неправильно. Мы выступаем исключительно, как многократно подчеркивали в наших доктринальных документах и в практической деятельности, за отношения между суверенными государствами, независимо от того, КНР это или какая-то небольшая страна, которые будут выстраиваться на основе взаимной выгоды, и которые не будут предметом диктата с какой-либо стороны. Всегда есть желание получить какую-то пользу, но если хочешь эту пользу получить через отношения с партнером, ты должен понять, что ты можешь дать ему взамен. И уже здесь выстраивать компромиссы, искать консенсус. Ровно так развиваются наши отношения с Китайской Народной Республикой. Они вышли на беспрецедентно стратегический уровень. Это отношения многопланового партнерства и стратегического взаимодействия. Их взаимовыгодный характер не только закреплен в многочисленных договорах и в других документах, но и последовательно реализуется на практике. Повторю, что эти же принципы лежат в основе внешней политики КНР. Из ядерных держав только Россия и Китай – в числе инициаторов защиты основополагающих принципов Устава ООН. Такое движение набирает силу. Мы будем активно его продолжать. Мне кажется, те наши предприятия, граждане, корпорации, частные структуры, которые участвуют в сотрудничестве с КНР, явно получают от этого выгоду, так же, как получают выгоду и китайские участники соответствующих процессов.

http://www.mid.ru/ru/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/3772511

 

 

 




LATEST EVENTS

12.05.2021 - Ответ Посольства на запрос газеты "Гардиан"

Посольство не дает комментариев по сути обвинений, выдвинутых против Его Королевского Высочества Принца Майкла Кентского в ряде публикаций СМИ в последнее время. Принц Майкл Кентский хорошо известен в нашей стране как сторонник дружеских и партнерских отношений между Россией и Великобританией. Он внес значительный вклад в развитие культурных, межличностных и экономических связей между нашими двумя странами, в том числе будучи Патроном Российско-Британской Торговой Палаты. В этом качестве Его Королевское Высочество поддерживает связи с широким кругом российских коллег на различных уровнях.


11.05.2021 - Книга соболезнований в связи с трагедией в Школе №175 в Казани 11.05.2021 г.

Посольство выражает глубокие соболезнования родным и близким погибших в результате трагических событий в Школе №175 в Казани 11 мая 2021 года и желает скорейшего выздоровления всем пострадавшим. Книга соболезнований открыта в Консульском отделе Посольства. Слова поддержки можно также направить на эл.почту: condolences@rusemb.org.uk.


07.05.2021 - Заявление Постоянных представителей Азербайджанской Республики, Республики Армения, Республики Беларусь, Боснии и Герцеговины, Республики Казахстан, Кыргызской Республики, Российской Федерации, Республики Сербии, Республики Таджикистан, Туркменистана и Республики Узбекистан при ОБСЕ по случаю 76-летия Победы во Второй мировой войне

В 2021 году отмечается 76-я годовщина Победы над нацизмом во Второй мировой войне – одной из величайших трагедий XX века, унесшей десятки миллионов жизней и причинившей чудовищные страдания человечеству. В те суровые годы ярко проявились беззаветная самоотверженность и патриотизм наших народов, завоевавших Победу, которая является общим достоянием. Выражаем искреннее уважение ныне здравствующим ветеранам за героизм и трудовой подвиг, проявленные в годы войны.


05.05.2021 - Интервью официального представителя МИД России М.В.Захаровой телеканалу «Russia Today», 3 мая 2021 года

Вопрос: Какое влияние оказали санкции на состояние отношений между Россией и Западом? Ответ: К сожалению, реальностью нашего времени стало расширенное применение политически мотивированных односторонних ограничительных мер со стороны целого ряда западных государств, прежде всего США. Санкции против России рассматриваем все больше в качестве «жеста отчаяния» в силу неспособности местных элит принять новые реалии, отказаться от стереотипов «блокового мышления», признать право России на самостоятельное определение путей развития и выстраивания отношений со своими партнерами. Им, видимо, сложно мириться с очевидными успехами российской экономики, повышением ее международной конкурентоспособности, расширением присутствия качественных российских товаров и услуг на мировых рынках.


30.04.2021 - Ответ официального представителя МИД России М.В.Захаровой на вопрос телеканала «Опен ТВ» (Греция) о проявлениях неонацизма на Украине

Вопрос: Министр иностранных дел России С.В.Лавров в интервью «РИА Новости» снова связал Правительство Украины и решения ее Президента В.А.Зеленского с неонацистами. Многие на Западе считают, что все эти разговоры про неонацизм – выдумка и российская пропаганда, ведь В.А.Зеленский демократически избранный президент, Россия его признала, в его правительстве нет неонацистов. Существуют ли данные об обратном? Ответ: После победы В.А.Зеленского на выборах президента Украины в 2019 году многие голосовавшие за него избиратели рассчитывали, что новый глава государства обуздает националистические силы. К сожалению, эти надежды не оправдались. Киев продолжает линию на потакание украинским национал-радикалам, искажение истории Великой Отечественной войны, героизацию нацистских коллаборационистов.


30.04.2021 - Заявление Постоянного представителя Российской Федерации при ОБСЕ А.К.Лукашевича на онлайн-заседании Постоянного совета ОБСЕ по вопросу о 81-м совместном специальном заседании Постоянного совета ОБСЕ и Форума по сотрудничеству в области безопасности, Вена, 29 апреля 2021 года

Удивлены внесению Украиной этого текущего вопроса. Не видим для этого никаких оснований как с процедурной, так и с содержательной точек зрения. Уважаемый представитель Украины ссылается на итоги состоявшегося 14 апреля 2021 года совместного заседания Постоянного совета ОБСЕ и Форума по сотрудничеству в области безопасности (ПС-ФСОБ). Сразу обозначим, что вопросы, ставшие предметом изучения в ходе такого совместного заседания, в соответствии с пунктом II(B)9 Правил процедуры ОБСЕ относятся к компетенции обоих органов. Соответственно, не могут рассматриваться отдельно в Постоянном совете по требованию государства-участника.


28.04.2021 - Интервью Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова Генеральному директору МИА «Россия сегодня» Д.К.Киселеву, Москва, 28 апреля 2021 года

Д.К.Киселев: Отношения с США просто «ни к черту» – таких плохих лично я не припомню. Это даже хуже, чем «холодная война» (это моя оценка). Послы сидят в своих странах. Что будет дальше? Какой вариант развития событий? С.В.Лавров: Если бы это зависело только от нас, мы вернулись бы к нормальным отношениям. В качестве первого и, по-моему, очевидного, совсем не сложного шага – обнулили бы все меры, принятые по ограничению работы дипломатов России в США. В ответ мы ограничили работу дипломатов США в России.


27.04.2021 - Выступление руководителя Делегации Российской Федерации на переговорах в Вене по вопросам военной безопасности и контроля над вооружениями К.Ю.Гаврилова на первом пленарном заседании 85-й сессии Консультативной комиссии по открытому небу (ККОН), Вена, 26 апреля 2021 года

Обсуждая вопрос текущего выполнения Договора по открытому небу (ДОН), Российская делегация хотела бы озвучить официальную позицию МИД России о ситуации вокруг самого Договора.


21.04.2021 - О вызове в МИД России заместителя главы дипломатической миссии США в Российской Федерации

21 апреля в МИД России был вызван заместитель главы дипломатической миссии США в Российской Федерации Б.Горман, которому вручена нота об объявлении «persona non grata» 10 сотрудников Посольства США в Москве. Указанным лицам предписано покинуть территорию нашей страны до конца дня 21 мая с.г.


21.04.2021 - Ответ официального представителя МИД России М.В.Захаровой на вопрос агентства «Интерфакс» в связи с утверждениями о якобы российских кибератаках на серверы Шведского спортивного союза

Вопрос: Как Россия оценивает такие обвинения шведской стороны? Представляла ли Швеция какие-либо факты, свидетельствующие о причастности России к кибератаке? Ответ: Заявления шведской стороны о якобы причастности России к «хакерским атакам» на Шведский спортивный союз в 2017-2018 гг. не подтверждены какими-либо фактами. При этом обращает внимание на себя то, что следствие длилось ни много ни мало более трех лет.



all messages